На экономиста: Cтоит ли поступать на экономиста.

Содержание

Я выучился на экономиста, работал в банках, а потом стал медбратом и полюбил эту профессию

Женек Банкоффф

Профиль автора

Зарплата

В 2003 году — 1 500 за полставки помощника. Сегодня 37-43 000.

Работал в разных компаниях с разными зарплатами. были года «послаще» были и с затянутыми поясами.

Профессиональный путь

Я работаю в общем 18 лет.

Окончил техникум по финансовой специальности в 2006.

В 15 лет я устроился в гос учреждение на 0,5 ставки помощника. До 2007 года работал в той же гос. конторе, перекладывал бумажки.

И свершилось чудо — меня позвали в банк. Зарплата была ощутимо выше, после 2-2 500 в конторе перешел на 11 000 в банке.

2008-2010 год… Года застоя… Зарплата стоит на месте.. Да и работа приелась….

2012-2014 года…. Пригласили в банк с приличным заработком….. Это вершина моей банковской карьеры… Понимающее и адекватное начальство… Карьерный рост… Виднеются дальнейшие карьерные перспективы… Щедрые премии…

Но в 2012 году меняется руководство ЦБ и банки посыпались….

И в 2014 году рухнул и наш….. Горечь? Печаль? Грусть? Нет… Это не те слова…..

Я конечно нашел банк…. Но рядовая должность… Зарплата втрое ниже… Да и банк оказался так себе……

Но тут я увидел объявление что городской больнице требуется регистратор…. (об этом чуть позже).

Что помогло карьере?

В 2007 году поступал в институт.. Учился на банального экономиста….

Но понял что ни работа в банке ни звание экономиста с вышкой мне совсем не интересны (в итоге учусь на медбрата).

Важные события

После собеседования в больнице позвонила непосредственная начальница… «[Имя, Отчество], вас одобрили!». Это был мой день рождения… Это был лучший подарок… За последние лет 10….

Работа в больнице была раем… Льготный график работы, доп. отпуска, элементарная работа, фантастическая стабильность, как ни странно — высокая зарплата…

И сегодня у людей закрываются бизнесы… Случаются локдауны… Люди по уши в долгах… А у нас растет зарплата….

Стратегия на будущее

Я останусь в медицине еще долго…. Я нашел место где нет тех недостатков что были в банке… И это то место которое меня полностью устраивает….

«Спрос на экономистов не падает — он меняется…»

В Советском Союзе экономика не была статусной научной дисциплиной. Её преподавание сводилось к политэкономии, базировавшейся на «Капитале» Карла Маркса, или эконом-математике. Настоящий спрос на экономистов возник только в начале 1990-х, когда в стране начала формироваться рыночная экономика и потребовались в прямом смысле новые люди — специалисты в области экономики и менеджмента, без которых невозможно представить работу любого предприятия. Их стали готовить во многих учебных заведениях.
Как изменился спрос на экономистов сегодня и каким специальностям обучают в Институте экономики, управления и финансов Российского нового университета (РосНОУ), какие направления наиболее популярны и есть ли бюджетные места, почему для хорошей экономики важна идея, рассказывает директор института Галина Епихина.

— Галина Михайловна, с чего, на ваш взгляд, начинается хорошая экономика?

— Наверное, как и всё, с идеи, с правильно поставленной цели. Как выпускник исторического факультета, могу сказать, что история знает примеры, как после второй Мировой войны и других глобальных потрясений экономики стран находились в кризисе, и именно идея, мудрый подход, продуманность реформ приводила их к так называемому экономическому чуду. Это Япония, Германия, Сингапур. А рецепт, наверное, у каждой страны свой. Идеи могут быть, но если их не реализовывать — так идеями и останутся.

— Есть ли у нашей страны шанс уйти от модели сырьевой экономики?

— Шанс есть всегда. Если будет поставлена задача, и люди будут к этому стремиться — вполне возможно. Я больше даже говорю не об экономистах, а о политиках. Но политики без экономического образования и понимания экономической ситуации вряд ли справятся с этой задачей. Ведь опять-таки вспомним историю: тот же Рузвельт, проводя реформы во время Великой депрессии в США, опирался на идеи английского экономиста Джона Кейнса.

— Вы несколько лет руководите Институтом экономики, управления и финансов РосНОУ, 21 год работаете в университете. Расскажите о своём профессиональном пути.

— С детства я хотела стать педагогом, как и мои родители, они преподаватели вуза. Я поступила в Волгоградский государственный университет (ВолГУ) на исторический факультет. Во время обучения заинтересовалась экономическими дисциплинами, они мне очень понравились. Во многом благодаря преподавателям. Например, у меня преподавал и был руководителем дипломной работы внук известного отечественного экономиста, социолога, историка Михаила Ивановича Туган-Барановского — Джучи Михайлович.

Определившись с будущей специальностью, я поступила в Финансовую академию при Правительстве Российской Федерации (сегодня — Финансовый университет при Правительстве РФ).

Когда я училась в аспирантуре, то параллельно преподавала в МИСиСе и в РосНОУ (с 1998 года) в подразделении по профессиональной ориентации школьников.

В марте 2000 года получила предложение от руководства РосНОУ. Меня пригласили на должность заместителя декана финансово-экономического факультета, который в 2018 году стал Институтом экономики, управления и финансов.

— Помните ли вы свой первый рабочий день?

— Очень хорошо! Прежде всего я познакомилась с методистами факультета — Риммой Константиновной Сидоровой и Татьяной Владимировной Ермишиной, которая, к сожалению, недавно ушла из жизни. Они мне очень помогли. В первый рабочий день они выложили передо мной кипу документов и сказали: — Для начала вот вам документы — знакомьтесь, изучайте! Так, с изучения нормативных документов, приказов и всего делопроизводства факультета, началось моё знакомство с ним. Своим коллегам я благодарна, что не только ввели меня в курс дела, но и оказывали поддержку в дальнейшем. В ходе общения с ними выстроились нормальные человеческие отношения, да и с другими членами коллектива они сложились благополучно.

— А большой объём работы с документами вас не испугал?

— Сегодня этот объём несопоставимо больше, и, наверное, новичку впору испугаться. Тогда мне было интересно.

— Что вас удивило в РосНОУ?

— После окончания ВолГУ и аспирантуры Финансовой академии при Правительстве РФ я успела поработать и в политехническом институте, и в МИСиСе, было с чем сравнить, и могу сказать, что в РосНОУ меня удивила демократичная атмосфера, когда ректор, проректоры, начальник учебной части запросто общались с методистами, преподавателями, другими сотрудниками и студентами. При этом сохранялись дисциплина и профессиональный подход. Это приятно удивило.

— Российский новый университет основан в 1990-е. В стране в то время был спрос на экономистов. Сегодня вы наблюдаете такой спрос? Что изменилось?

— Наверное, сегодня меньше востребованы специалисты, в которых страна нуждалась 30 лет назад. Сейчас популярны цифровая экономика и специалисты, знающие block chain, умеющие работать с криптовалютами, специалисты в сфере экономической безопасности.

Не сказала бы, что спрос на экономистов падает — он меняется, и изучать потребности рынка — задача сотрудников, отвечающих в нашем институте за экономические направления подготовки.

В 2019 году к нам перевели кафедру «Таможенное дело» — эта специальность тоже востребована сегодня. А ещё в 2012 году мы открыли направление подготовки «Государственное и муниципальное управление».

— В нашей стране существует проблема с управленцами?

— Мне кажется, найти грамотного управленца, как и грамотного специалиста — всегда проблема.

— А насколько велика роль вуза в становлении профессионалов?

— Все приходят в университет с разным уровнем подготовки, с разными способностями и мотивацией. Мы, бесспорно, не инкубатор и выпускаем разных специалистов. Главная задача — научить учиться и стремиться быть профессионалом. И если вузу удалось это сделать и у человека есть мотивация учиться дальше, осваивать свою профессию — вуз достиг своей цели. Потому что можно загубить желание учиться, и даже если студенту дана теория — вряд ли он захочет ею пользоваться.

— Как изменились требования к современным экономистам? Чем они должны владеть?

— Они должны обладать профессиональными компетенциями, должны знать иностранные языки и современные коммуникационные технологии. Теория должна быть адаптирована к практике, она может с нею расходиться, но необходимо владеть основами, позволяющими приложить к теории практические навыки, «примерить» её к практической деятельности.

Рынок труда стал настолько динамичен, что хотят видеть специалистов, владеющих «мягкими навыками», готовых учиться, адаптироваться к деятельности в заданных условиях, продвигаться. Ценится карьеризм — в хорошем смысле слова.

— Какое определение карьеризму в положительном смысле вы бы дали?

— Это стремление профессионально расти и быть лучшим в своей сфере.

— Понятно. Какие самые популярные направления подготовки в вашем институте? Насколько выпускники института готовы к работе в цифровой среде?

— Многие студенты учатся дистанционно, это ребята из разных регионов России. Самые популярные направления у них — «Финансы и кредит», «Бухгалтерский учёт». И хотя эти направления лидируют по числу студентов, в последнее время набирают обороты «Цифровая экономика: финансовое управление» и «Государственное и муниципальное управление» — спрос на них постоянно растёт.

На «Цифровой экономике» пока учатся студенты первого и второго курсов, выпускников ещё нет по этому профилю. Но по тому, как им нравится учиться, как они стремятся к знаниям, мне кажется, у них не должно быть в дальнейшем больших проблем. Этот профиль выбирают, в основном, студенты сильные — с высокими баллами ЕГЭ (совокупный балл ЕГЭ — 260; проходной у нас колеблется в диапазоне 225-230 баллов) и с большим потенциалом. Хотя никого, конечно, не хочу обидеть — есть студенты, которые с детства мечтали стать бухгалтерами.

— Мы живём в цифровом обществе, в котором важно владеть цифровыми технологиями. А насколько важно экономистам знать иностранные языки? Вы затронули эту тему — расскажите подробнее.

— На мой взгляд, владеть иностранными языками должен любой человек, получающий высшее образование. Это требование современного мира, отвечающее процессу интеграции студентов, профессиональной, академической и научной среды. Знать наряду с русским английский язык — это уважать себя. Конечно, экономисту необходимо им владеть. К тому же, многие студенты хотят работать в компаниях со смешанным капиталом, в иностранных компаниях, банках — там английский язык считается нормой общения.

Многие ребята, которые учились у нас 15-20 лет назад, уехали за рубеж — в США, Германию. Там они работают по специальности, по экономическому профилю, и, безусловно, знание английского им необходимо.

— Как обстоят дела с преподаванием английского в институте?

— Я считаю, что английский в Российском новом университете преподаётся на достаточно высоком уровне. Сейчас мы делаем ставку на углубление изучения языков, рассматривается вопрос обучения в магистратуре и аспирантуре на английском и даже итальянском языках. Мы собираемся создать совместную образовательную программу с итальянским университетом Тушия. Это очень большой бонус для студентов.

— А ещё какие возможности есть? Есть ли бюджетные места в институте?

— В этом году у нас на направлении «Экономика» 12 бюджетных мест в бакалавриате и 3 бюджетных места в аспирантуре. На 2022 год — 8 бюджетных мест в бакалавриате, магистратуре и аспирантуре.

— Теперь получить заочное экономическое образование можно только уже имея высшее образование по экономическому профилю? Как вы к этому относитесь?

— Мне не нравится эта идея. Когда я училась в вузе, студентам внушали, что очная форма обучения — настоящая учёба, а заочная — профанация. Работая заместителем декана, директором, я изменила своё мнение об этом. Многие идут в вуз после колледжа, уже работая по специальности, дополняют имеющиеся знания, профессиональные навыки путём получения высшего образования. Заочная форма обучения удобна таким людям и профанацией не является. Очно-заочная форма, боюсь, не даст им возможности совмещать работу и учёбу, по крайней мере, в Москве, где рабочий день не всегда заканчивается в 18:00, и много времени тратится на дорогу.

— Вы давно работаете в образовании. Видите ли разницу между обучением в государственном и частном вузе?

— Знаете, имея возможность пользоваться государственными поликлиниками, мы очень часто прибегаем к услугам частных медицинских центров, считаем, что они лучше, и нам удобнее обращаться туда. В высшей школе, в принципе, ситуация аналогичная. Наверное, между вузами есть разница в поддержке государства, выделяемых им финансовых средствах. А в идее обучения студентов, готовности преподавать им дисциплины, работать с ними разницы не вижу.

— Как считаете, отношение общества к частному образованию с годами меняется?

— Да, эта трансформация есть. Наверное, поначалу у студентов была установка: мы пришли в частный вуз — значит, нам обязаны выдать диплом. Но в основном, кто не изменял свою точку зрения, не оканчивали университет. 

— Как вы оцениваете положение Института экономики, управления и финансов среди остальных семи институтов РосНОУ?

— Не хотела бы видеть свой институт конкурентом остальным институтам нашего вуза. Ведь все мы решаем одну задачу. Но если среди студентов других институтов найдутся заинтересованные отдельными курсами, смежными дисциплинами, программами и направлениями подготовки — добро пожаловать!

А так, конечно, мы стремимся быть лучшими.

— И доказываете это делом! Недавно студенты вашего института заняли первое место в Кубке ректора и неоднократно побеждали в интеллектуальном триатлоне. Вы или преподаватели кафедр института мотивируют ребят участвовать в университетских мероприятиях?

— Бесспорно, сотрудники администрации института и кафедр постоянно общаются со студентами. Мы обсуждаем, что им интересно, узнаём их пожелания — это каждодневная работа. Но и сами студенты института очень активные. Например, команда «Ежу непонятно» — победитель игр интеллектуального триатлона, участник многих студенческих мероприятий. Почти все эти студенты отличники, увлечены развитием своих профессиональных компетенций, интеллектуальных способностей.

Институт во второй раз занял первое место в Кубке ректора — мы первые двукратные чемпионы. В первый раз победили в этом соревновании в 2016 году.

Кстати, вспоминая наш студенческий актив прошлых лет, могу сказать, что эти ребята реализовались в жизни достаточно успешно. Они работают в банках, крупных компаниях на хороших должностях. 

— Что для вас работа в РосНОУ?

— Это значимая часть моей жизни!

— Рассказываете ли знакомым, что работаете в частном вузе?

— Мои знакомые знают, где я работаю. Почти все они нормально относятся к частному образованию и всегда обращаются ко мне за консультацией, советом.

— Ваши пожелания по случаю 30-летия университета.

— Не хочется говорить банальности. Хотелось бы, чтобы Российский новый университет стал узнаваемым брендом, именем, со своей репутацией и счастливой судьбой. И ему никогда бы не приходилось бороться за место под солнцем — оно было бы у него определено, а развитие университета шло бы не «вопреки», а «благодаря».

В Москве завели дело на экономиста, выдававшего себя за врача-гинеколога

https://radiosputnik.ria.ru/20190729/1556982885.html

В Москве завели дело на экономиста, выдававшего себя за врача-гинеколога

В Москве завели дело на экономиста, выдававшего себя за врача-гинеколога — Радио Sputnik, 29. 07.2019

В Москве завели дело на экономиста, выдававшего себя за врача-гинеколога

Росздравнадзор пресек деятельность лжеврача, экономиста по образованию, делавшего аборты на поздних сроках в Москвы, сообщатся на сайте ведомства. Радио Sputnik, 29.07.2019

2019-07-29T19:20

2019-07-29T19:20

2019-07-29T19:20

общество

москва

федеральная служба по надзору в сфере здравоохранения (росздравнадзор)

мошенничество

/html/head/meta[@name=’og:title’]/@content

/html/head/meta[@name=’og:description’]/@content

https://cdnn21.img.ria.ru/images/104291/44/1042914435_0:105:2000:1230_1920x0_80_0_0_cf48a9a895612c3ca90ef8a0ffbd7120.jpg

МОСКВА, 29 июля/ Радио Sputnik. Росздравнадзор пресек деятельность лжеврача, экономиста по образованию, делавшего аборты на поздних сроках в Москвы, сообщатся на сайте ведомства. «В июле закрыта клиника в центре Москвы, где экономист, представлявшийся врачом, делал пациентам аборты на поздних сроках», – говорится в сообщении. По данным ведомства, еще в марте 2019 году Росздравнадзор по Москве и Московской области получил сведения о нанесении тяжкого вреда жизни и здоровью гражданам в ООО «Евроклиник». По итогам проверок был выявлен факт медикаментозного прерывания беременности лицами, не имеющими медицинского образования.»Перед проведением аборта экономист, представлявшийся врачом, включал аппарат УЗИ, создавая видимость проведения диагностики срока беременности, но не использовал его по назначению. При этом медикаменты для искусственного прерывания беременности назначались всем пришедшим на прием, включая пациентов, чей срок беременности превышал 12 недель, и несовершеннолетних, без предварительной диагностики», – говорится в сообщении Росздравнадзора. С июля 2019 года ООО «Евроклиник» не работает. Подозреваемый под подпиской о невыезде. Возбуждено уголовное дело. Чтобы не пропускать важное и интересное, подпишитесь на радио Sputnik в Яндекс.Новости. Или присоединяйтесь к нашему Telegram-каналу.

https://radiosputnik. ria.ru/20190725/1556864460.html

москва

Радио Sputnik

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

2019

Радио Sputnik

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

Новости

ru-RU

https://radiosputnik.ria.ru/docs/about/copyright.html

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/

Радио Sputnik

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

https://cdnn21.img.ria.ru/images/104291/44/1042914435_112:0:1889:1333_1920x0_80_0_0_97d34d303de92675e6328bd3abdeb3c1.jpg

Радио Sputnik

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

Радио Sputnik

[email protected] ru

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

общество, москва, федеральная служба по надзору в сфере здравоохранения (росздравнадзор), мошенничество

МОСКВА, 29 июля/ Радио Sputnik. Росздравнадзор пресек деятельность лжеврача, экономиста по образованию, делавшего аборты на поздних сроках в Москвы, сообщатся на сайте ведомства.

«В июле закрыта клиника в центре Москвы, где экономист, представлявшийся врачом, делал пациентам аборты на поздних сроках», – говорится в сообщении.

По данным ведомства, еще в марте 2019 году Росздравнадзор по Москве и Московской области получил сведения о нанесении тяжкого вреда жизни и здоровью гражданам в ООО «Евроклиник». По итогам проверок был выявлен факт медикаментозного прерывания беременности лицами, не имеющими медицинского образования.

«Перед проведением аборта экономист, представлявшийся врачом, включал аппарат УЗИ, создавая видимость проведения диагностики срока беременности, но не использовал его по назначению. При этом медикаменты для искусственного прерывания беременности назначались всем пришедшим на прием, включая пациентов, чей срок беременности превышал 12 недель, и несовершеннолетних, без предварительной диагностики», – говорится в сообщении Росздравнадзора.

С июля 2019 года ООО «Евроклиник» не работает. Подозреваемый под подпиской о невыезде. Возбуждено уголовное дело.

25 июля 2019, 12:16

Условный срок. Суд вынес приговор бывшему главврачу Борской ЦРБЧтобы не пропускать важное и интересное, подпишитесь на радио Sputnik в Яндекс.Новости. Или присоединяйтесь к нашему Telegram-каналу.

Какие предметы нужно сдавать на экономиста после 9 и 11 классов в России и Украине

Кому подходит профессия экономиста, описание профессии
  • Что необходимо сдавать для поступления на экономиста после 11 класса

  • Нужен ли экономистам иностранный язык

  • Поступление на экономиста после 9 класса
  • Экономика – широкая и удивительная наука, охватывающая разные аспекты человеческого знания, от математики до психологии. Изучающая хозяйственную деятельность человека, сложную систему финансовых взаимодействий всего людского общества, экономика будет актуальна всегда и везде. Как всегда и везде будет востребован специалист по экономики – экономист. Неспроста вот уже несколько десятилетий профессия экономиста является одной из самых популярных среди молодых людей. Впрочем, профессия эта и весьма востребована, ведь человеку с высшим образованием по экономике будет несложно найти работу, например в том же банке, страховой компании, финансовом отделе международной корпорации или бухгалтерии любого предприятия. В нашей статье мы расскажем о том, какие предметы необходимо сдавать для поступления на экономиста после 9 и 11 класса.

    Кому подходит профессия экономиста, описание профессии

    На самом деле экономист очень широкое понятие, как мы писали выше, молодые люди с экономическим образованием могут работать в самых разных сферах, быть бухгалтерами на предприятиях, работать в банках, страховых и прочих финансовых компаниях. Часто из экономистов получаются хорошие предприниматели, ведь знания законов, по которым работает экономика, ориентация в рынке позволяет им создать свое дело, начать выгодный бизнес, а заодно создать и новые рабочие места для других людей.

    Достичь жизненного успеха на поприще экономике в силу ее универсальности могут люди с самыми разными умениями и талантами. Например, внимательный, собранный и скрупулезный человек может стать успешным бухгалтером (в этой профессии внимательность и скрупулезность имеют решающее значение), а творческий молодой человек, инноватор по духу, но не любящий рутину бухгалтерских документов, может сам стать предпринимателем, создать свою компанию, в которую возьмет на работу главным бухгалтером своего внимательного, скрупулезного друга. Таким образом, получится успешный тандем двух экономистов с разными характерами и способностями.

    Что необходимо сдавать для поступления на экономиста после 11 класса

    Для поступления на экономиста в институт или университет все школьники должны сдавать ЕГЭ (для России) или ЗНО (для Украины со следующих предметов):

    • Язык (русский язык для российский школьников и украинский язык для украинских). Это обязательный предмет для всех специальностей, тем более сложно представить себе безграмотного экономиста (как впрочем, и человека с высшим образованием любой другой специальности).
    • Математика, это один из профильных предметов для экономистов. Ведь экономика во многом основана на цифрах, вычислениях, статистических и математических моделях. Более того, все лауреаты Нобелевских премий по экономике были, прежде всего, сильными математиками.

    Но если математика дается вам с трудом, то пугаться не стоит (по крайней мере, сильно пугаться), для многих экономических профессий достаточно базовых математических познаний, если вы не планируете получать Нобелевскую премию по экономике или торговать акциями на Уолл-стрит на миллионы долларов, сильно погружаться в математические дебри вам тоже не придется. Но вот школьную математическую программу освоить все же будет необходимо, так как чтобы поступить на экономиста таки придется сдавать ЕГЭ или ЗНО по математике. И если математика у вас «хромает», а экономистом стать охота, то советуем быстро подтягивать свои математические пробелы, желательно при помощи хорошего репетитора.

    Также российские школьники для поступления на экономиста дополнительно должны будут сдать ЕГЭ по обществознанию. Считается, что будущий экономист должен знать, по каким принципам функционирует общество, власть, законы. А вот украинским выпускникам повезло больше, обществознание сдавать не нужно. Так или иначе, приемная комиссия любого вуза в первую очередь будет обращать внимание на результаты ЕГЭ (или ЗНО) именно по математике.

    Нужен ли экономистам иностранный язык

    На самом деле иностранный язык для поступления на экономический факультет сдавать не обязательно, хотя некоторые ведущие вузы, например МГУ таки требуют дополнительно сдавать ЕГЭ по английскому. Но в целом можно поступить на экономиста и без иностранных языков. Вот только такой экономист впоследствии сможет работать разве только каким-нибудь бухгалтером в условной компании «Рога и копыта» функционирующей исключительно на местном рынке.

    А чтобы быть востребованным специалистом молодому экономисту просто таки обязательно освоить как минимум английский язык (а желательно и еще какой-то). Также хорошее знание английского или других иностранных языков открывает возможность получить экономическое образование за рубежом, которое будет в разы более качественным и откроет вам хороший карьерный путь в лучшие мировые корпорации.

    Если же вы хотите построить карьеру на поприще экономике, то хорошим подспорьем для этого может стать диплом МВА (Master of business administration) – международной программы обучения бизнесу и экономике для топ менеджеров. А для получения такого диплома помимо денег и желания учиться экономике и бизнесу необходимо знать английский не просто хорошо, а очень хорошо, не ниже «upper intermediate» так точно.

    Поступление на экономиста после 9 класса

    Впрочем, уже после 9 класса можно поступить на экономический факультет в колледж или техникум. Часто в таких колледжах готовят будущих бухгалтеров, одно время на рынке был очень большой спрос на профессию бухгалтера. Поступление после 9 класса в экономические колледжи обычно происходит по хорошему среднему аттестационному балу. Также возможно, необходимо будет сдавать какие-то дополнительные вступительные экзамены на усмотрение колледжа/техникума, обычно это может быть экзамен по математике или языку.

    Автор: Павел Чайка, главный редактор журнала Познавайка

    При написании статьи старался сделать ее максимально интересной, полезной и качественной. Буду благодарен за любую обратную связь и конструктивную критику в виде комментариев к статье. Также Ваше пожелание/вопрос/предложение можете написать на мою почту [email protected] или в Фейсбук, с уважением автор.


    Инженера за год-два на экономиста или юриста выучат, наоборот — не получится | Статьи

    Российская высшая школа проходит период реформирования, каждый год — нововведения, и вузам приходится осваивать новые правила игры. Добавляет сложностей демографический спад 90-х, последствия которого — резкое сокращение абитуриентов в нынешние приемные кампании. Что год грядущий нам готовит в системе высшего образования, — с этим вопросом разбирался обозреватель «Известий» за круглым столом в петербургской редакции «Известий». В разговоре приняли участие ректоры известнейших вузов северной столицы (на фото слева направо): Михаил Петрович Федоров (Государственный Политехнический университет — СПбГПУ), Константин Михайлович Иванов (Балтийский Государственный технический университет — БГТУ), Константин Петрович Борисенко (Государственный Морской технический университет — СПбГМТУ).

    Лирики и физики — спор продолжается

    известия: Понимаю, что приемная кампания в любом вузе ведется практически круглый год, но без вопроса «о текущем моменте» не обойтись. Тем более что контуры будущего набора в значительной степени определились: до 1 марта выпускники школ 2010 года должны были записаться на сдачу профильных ЕГЭ, которые они будут сдавать дополнительно, кроме двух обязательных — по русскому языку и математике. Что можно сказать о результатах этой записи, есть ли данные?

    константин борисенко: Результаты записи известны. К сожалению, они не в пользу технических вузов. В Петербурге в этом году окончат школу порядка 30 тысяч молодых людей, из них сдавать ЕГЭ по физике записались только около 8 тысяч. По этому признаку можно судить, что в вузы инженерного профиля собираются поступать менее трети школьников, поскольку на большинстве специальностей в технических университетах профилирующий предмет именно физика. А бюджетных мест на этих специальностях в Петербурге — около 15 тысяч. Поэтому выполнить государственный план по набору на бюджетные места нам будет непросто.

    михаил федоров: В последние годы средняя школа сделала крен на гуманитарное образование, это очевидно. Физику преподают в школе довольно слабо, и до двух третей выпускников выбирают основным профилирующим экзаменом естествознание. В результате они попадают в своеобразную ловушку: прием на гуманитарные специальности меньше, чем на технические, но из-за того, что у выпускника школы не сдан ЕГЭ по физике или по химии, поступление в технический вуз ему закрыто. Мы рекомендуем, если уже не в этом году, поскольку запись закончена, так в будущем, сдавать как можно больше экзаменов, включенных в список ЕГЭ. Это даст гораздо большую свободу выбора при поступлении.

    константин иванов: Это действительно острая проблема, и происходит она в первую очередь из-за того, что в школах слабо разъясняют ученикам выпускных классов сегодняшние правила приема в вузы. Мне доводится много бывать в школах, общаться с нашими будущими целевыми абитуриентами, и я вижу, что они не понимают, на какие ЕГЭ им надо записываться. Еще более усложняет проблему весьма ранний срок окончания записи — 1 марта. Он, наверное, оправдан с точки зрения организационной подготовки к проведению экзамена, мы это понимаем, но школьникам не объяснили (с достаточной степенью убедительности), что до 1 марта им обязательно надо принять решение, какие экзамены сдавать. Ментальность тоже сказывается. Вспомните: когда мы, как и родители нынешних выпускников, оканчивали школу — могли поступать практически в любой вуз. При нынешних обстоятельствах многие ребята в июне вдруг осознают, что свобода выбора у них жестко ограничена.

    ЕГЭ: катастрофы не произошло

    и: Раз уж мы говорим об ЕГЭ, который повсеместно введен в прошлом году, можно подвести некоторый итог: насколько качественным получился прием 2009-го?

    федоров: Мое мнение: ЕГЭ постепенно адаптируется к нашей системе образования, и она к нему. Если говорить о знаниях, с которыми пришли абитуриенты в наш вуз прошлой осенью, то не могу пожаловаться на их уровень. В этом смысле опасения не оправдались — особых провалов на зимней сессии у студентов первого курса не было.

    иванов: Катастрофы не произошло, это верно, однако, по нашим оценкам, качество подготовки студентов, поступивших в БГТУ по ЕГЭ, все же ниже. В Совете ректоров вузов Петербурга мы обсуждали эту ситуацию и пришли к выводу, что в некоторых университетах отмечена и более низкая способность нынешних первокурсников к обучению в вузе. Это происходит, в частности, от того, что когда создавалась система ЕГЭ, вузы были жестко отодвинуты от организации экзамена. Сегодня приходит понимание, что это ошибка. Позиция Совета ректоров вузов Петербурга — университетские специалисты должны быть представлены в системе ЕГЭ хотя бы в качестве наблюдателей. И профориентацией в школах мы должны заниматься, иначе ребята так никогда и не поймут, на какой экзамен им записываться.

    и: Что делается для адаптации школьника к учебе в вузе?

    борисенко: В Корабелке существует средне-технический факультет, куда мы набираем учеников девятых классов, и два года они обучаются по студенческому принципу — с зачетками, студенческими билетами, а затем поступают на первый курс университета. Но их немного, ежегодный набор — сто человек, раньше было больше, но школы теперь не хотят отдавать своих учеников.

    федоров: Спасение утопающих — дело рук самих утопающих, и вузам приходится в какой-то степени заниматься подготовкой абитуриентов. Мы заключаем договоры со школами физико-математического профиля. В нашем университете есть свой физико-математический лицей. То есть вузы заинтересованы в подготовке абитуриентов для будущей студенческой жизни, но в массовом порядке этого не происходит.

    иванов: Проблемы с адаптацией были всегда. В Военмехе у первокурсников есть две проблемы — математика и начертательная геометрия, из-за неуспеваемости по этим предметам происходит основная масса отчислений. Без знания математики студент не сможет осваивать другие основные курсы, а без начерталки он не станет хорошим инженером, конструктором — особенно сейчас, когда появились системы трехмерного проектирования, моделирования. Эти две дисциплины — фундамент инженерного образования. Но связывать эту проблему с ухудшением обучения в школах я бы не стал: не считаю абитуриентов менее подготовленными, и уровень интеллекта не становится ниже. Что такое бакалавр, миру неизвестно

    и: Другая сторона вопроса: выпускник вуза далеко не всегда адаптирован к современному производству.

    федоров: В ближайшее время эта проблема может еще более усложниться. Напомню, с этого года технические вузы полностью переходят на двухуровневую систему высшего образования: четырехлетнее — с дипломом бакалавра, еще два года — магистра. До сих пор мы были ориентированы на подготовку специалистов с пятилетним сроком обучения и сейчас перекраиваем учебные планы. Для молодежи, впрочем, положительный момент в этой новой системе есть: она дает большую мобильность. После получения диплома об общем образовании (после четырех лет) человек может перейти для получения диплома магистра в другой вуз, поехать на учебу за рубеж. А вот работодателям придется решать вопрос новых штатных расписаний, должностных инструкций. Это процесс непростой и длительный.

    борисенко: Главное, работодателю придется определяться: сколько и какого уровня подготовки специалисты ему нужны. Кроме него это никто не сделает. Но проблема в том, что на производстве не понимают, кто такой бакалавр, воспринимают его как недоучившегося инженера. Что умеет бакалавр, какой у него уровень подготовки — не знают не только производственники, но и родители абитуриентов, поэтому не понимают, что посоветовать молодому человеку.

    и: А вы-то знаете?

    борисенко: Мы знаем, потому что пишем для бакалавра учебные планы. Раньше министерство кораблестроения четко планировало потребности предприятий в кадрах разных специальностей — от выпускников ПТУ до инженеров. Сейчас, насколько я понимаю, никто этим вопросом не занимается. И не только в нашей отрасли.

    иванов: Обсуждение этой темы уже не актуально. Система внедрена, и к ней надо адаптироваться. Дипломы двух уровней предполагают универсальность образования первых четырех лет. Где бы человек ни учился — в Бельгии, Швеции, Италии или России, его уровень подготовки должен быть примерно одинаков. А на второй стадии он сам определяет, какое образование ему необходимо, по какой специализации. Такова идеология. Насколько быстро она привьется в нашей стране, сказать трудно. Наш вуз уже перешел на двухуровневую систему обучения. Молодежь, кстати, воспринимает ее позитивно. А предприятия готовы брать бакалавра на работу, но предпочитают, чтобы он в какой-то форме продолжал образование, стремился получить диплом магистра.

    и: То есть производственники и, конечно, проектные, научные институты в большей степени ориентированы на прием к себе специалистов с дипломом магистра?

    федоров: Разрыв между специалистами рабочих профессий и инженерами высокого класса, безусловно, существует. Нет среднего звена, раньше это были выпускники техникумов. Эту нишу могут занять бакалавры, поскольку обучение на степень магистра предполагает наличие у студента серьезных способностей. Сейчас мы стараемся адаптировать магистерские программы к требованиям промышленности, но подобная адаптация должна ориентироваться на так называемые надотраслевые технологии, которые могут применяться в разных отраслях промышленности. Например, лазерные технологии, информационные, энергосбережение, новые материалы, то есть универсальные технологии. И конечно, это требует привлечения к учебному процессу нового оборудования, современных технологий. И тут мы должны опираться на взаимодействие с промышленными предприятиями, переносить часть учебного процесса на их площадки — с привлечением их кадров, использованием их оборудования.

    и: Насколько мне известно, вы возвращаетесь к не забытому еще старому опыту: организуете базовые кафедры на предприятиях, в научно-производственных объединениях. В НПО «Аврора», например.

    федоров: Это так, у нас уже полтора десятка базовых кафедр.

    борисенко: Базовые кафедры существовали всегда. Сегодня мы тоже реанимируем старые, открываем новые. И обязательное условие, я это полностью поддерживаю: магистры должны готовиться целевым образом по заказу предприятий и с их самым активным участием. Вместе со специалистами-производственниками должны составляться учебные планы для магистерского обучения. Иначе все это бессмысленно. Кроме базовых кафедр, у Корабелки в Северодвинске, на предприятии атомного судостроения, существует филиал, работающий по методике втуза — один семестр студенты учатся очно, а во втором первую половину дня проводят на производстве. Это хорошая система обучения, позволяющая выпускникам получить прочные практические навыки, но в нынешнем законодательстве она отсутствует.

    иванов: По большому счету адаптация специалиста к производству должна быть заботой самого производства. У нас тоже есть базовые кафедры, но не так много, этим направлением мы не увлекаемся. Больше используем целевую подготовку — через государственный оборонный заказ, через договоры с предприятиями. Из 900 первокурсников 300 мы набираем целевым образом — через госзаказ, по заявкам предприятий. Поэтому все специальности Военмеха традиционно привязаны к конкретным направлениям — видам артиллерии, боеприпасам. Может быть, у нас не так глубоко учат по каким-то отдельным областям знаний — электротехнике, гидравлике, но выпускники отлично ориентируются в прикладных вопросах. Плюс им дается высокая констукторско-технологическая подготовка и системный взгляд на объект. Типичный выпускник Военмеха — не ученый в какой-то узкой области, а специалист, способный разобраться во всем спектре проблем, связанных с военной техникой.

    Кризис дал сигнал на будущее

    и: Мы говорили, что у выпускников школ настрой на гуманитарное образование. Но кризис показал, что работодатели больше заинтересованы в инженерах, чем в юристах. Как вы считаете, кризис может переломить ситуацию, настроить абитуриентов и их родителей на получение технического образования?

    иванов: Вузовское образование — инерционный механизм. Тому, кто поступает на первый курс, трудно прогнозировать, какой будет ситуация на рынке труда через 4–6 лет. Да, кризис показал, что востребованность технических специалистов выше, но это только сигнал, который желательно как-то закреплять.

    федоров: В современном обществе человек должен обладать широким образованием. Вопрос в том, как его выстроить. Я бы рекомендовал молодым людям сначала получить образование, которое им пригодится на всю жизнь — инженерное. А затем, в зависимости от занимаемых должностей, можно получить дополнительное юридическое или экономическое образование. Наоборот — не получается.

    борисенко: Известно, что из инженера за год-два по системе дополнительного высшего образования можно сделать экономиста или юриста. Но ни одного обратного случая в природе не отмечено. Что же касается кризиса, то, как известно, он в головах. Очень важна позиция общества. Если смотреть нынешние телепередачи, герои в них — следователи, адвокаты, журналисты, врачи, наконец. Ученых или инженеров в героях не числится. Не то что раньше. Вспомните «Семью Журбиных» — прекрасный фильм про кораблестроителей. Таково отношение современного общества к профессии инженера. Еще раз скажу: кризис — в головах.

    Из демографической ямы пока не выбрались

    и: Но таким мощным вузам, как ваши, на невнимание абитуриентов, наверное, грех жаловаться. Что вы ждете от приемной кампании 2010 года?

    борисенко: Она будет трудной. В первую очередь из-за того, что мы находимся в демографической яме: все последние годы число выпускников школ сокращается, и так будет вплоть до 2012 года. Но я надеюсь на два фактора, которые работают на наш вуз. Во-первых, близ Морского технического университета нет других крупных вузов, и мы приглашаем всех ребят Кировского, Красносельского, Фрунзенского районов Петербурга стать нашими абитуриентами. Второй фактор: Корабелка — вуз кораблестроителей, у нас учатся династиями: отцы приводят своих детей, затем — внуков. И это работает. Приглашаем и иногородних. Но здесь проблема — недостаток общежитий, кстати, из-за этого сокращается и прием иностранцев в вуз.

    иванов: Проблемы будут. Верно сказано, что задача повышения престижа инженерного образования на государственном уровне не ставится. И многие выпускники этого года фактически уже не смогут поступать в технические вузы — из-за неправильной профориентационной работы в школах. Мы делаем ставку на выездные приемные комиссии, на отлаженные связи с предприятиями в других городах России. А вот избежать резкого сокращения набора на контрактные места, боюсь, не удастся. Правда, отмечу, что в сентябре 2010‑го мы планируем принять порядка ста студентов на образование с дипломом бакалавра из Китайской народной республики. В каком-то отношении это прорыв — они будут первыми иностранными студентами (по системе первого образования) за всю историю БГТУ.

    федоров: В отличие от прошлого года число вузов, в которые выпускники могут подать документы на прием, ограничено тремя по две специальностями в каждом из них. Но кто это будет проверять? Поэтому могу твердо сказать: к тем абитуриентам, чьи оригиналы документов (а не копии) будут сданы в Политех, мы будем испытывать большее доверие. Очевидно, что именно этот абитуриент ориентирован на поступление в наш вуз.

    Уроков профориентации в школе нет, проведем в газете

    и: Проблема выбора — одна из самых сложных, особенно в 17–18 лет. Давайте проведем небольшой урок профориентации. Как бы вы сформулировали, почему абитуриенту нужно поступать именно в ваш вуз?

    иванов: У студентов нашего университета традиционный лозунг: Военмех — лучше всех! А если серьезно, объективная реальность такова, что наш вуз — далеко не самый большой в России, у нас учатся всего 6,5 тысяч студентов, но в процентном отношении на тысячу выпускников Военмех выпустил рекордное число руководителей в стране. Системный анализ, системный подход — краеугольный камень всех обязательных программ университета. Мы учим и технологии, и конструированию, и эксплуатации военных комплексов, включая двойные технологии — военные и гражданские. Второй момент: техника, на базе которой обучаются наши студенты, — современные ракетные комплексы, артиллерийские установки, космические системы, интеллектуальные боеприпасы — относится к очень сложным инженерным объектам, к наукоемким технологиям. Поэтому традиции задействования науки в учебном процессе в нашем вузе очень высоки. Кроме того, у нас жесткая система контроля знаний, посещения занятий. Это дисциплинирует. Могу обещать выпускникам вуза блестящую карьеру, а рабочее место и деньги они найдут сами. Ведь все наши студенты старших курсов уже работают.

    борисенко: Наш вуз особенный — единственный в стране, который работает на судостроительную отрасль. И все инженерные кадры и кадры руководителей отрасли, включая главных конструкторов, генеральных директоров, научных работников, — выпускники Государственного Морского технического университета. Романтику морских просторов тоже никто не отменял — у наших специалистов очень интересная работа. Не забудем и огромные задачи, которые стоят перед судостроительной отраслью страны. Россия — морская держава, и она всегда будет строить военные корабли, танкеры, нефтяные платформы, пассажирские, грузовые и рыболовные суда, сооружать верфи и порты на всех морях, которые ее омывают. Став хорошим корабелом, человек гарантированно не будет иметь проблем с трудоустройством всю оставшуюся жизнь. И еще — поскольку на круглом столе «Известий» я соседствую с ректором Политехнического, то замечу: диплом Корабелки в судостроительной отрасли ценится так же, как диплом Политеха во всем мире.

    федоров: Спасибо коллеге, после такого заявления мне много говорить не обязательно. Отмечу только, что политехническое образование имеет важную особенность: обучение ведется по разным дисциплинам, по разным направлениям. Получая специальность энергетика или машиностроителя, студент осваивает и параллельные специальности. Это политехнический принцип, который сегодня трактуется еще шире. В нашем университете можно получить и гуманитарное образование — как параллельное обучение и как поствузовское. Проблемы у высшей школы были и будут всегда, но у Политехнического университета есть все основания смотреть в будущее с оптимизмом. Сегодня важно наладить единство системы высшего образования и общества.

    Выбор профессии. На кого пойти учиться: на экономиста или биолога? | Образование | ОБЩЕСТВО

    О чём должны задумываться выпускники, выбирая будущую специальность, в чём проблемы современных абитуриентов и профессиональных учебных заведений, куда поступают выпускники школ, какие специальности востребованы в регионе – эти и другие актуальные вопросы обсудили представители омских вузов и колледжей во время «делового завтрака», который состоялся в пресс-центре «АиФ в Омске».

    Фото: АиФ/ Дмитрий Мазур

    Абитуриент: вчера и сегодня

    «С ноября 1991 года я возглавляю университет, и, на мой взгляд, абитуриент, исходя из среды, в которой он живёт, стал более динамичным, а в некотором смысле и более образованным, – рассказывает Владимир Михалёв, ректор СибГУФК. – Это радует, потому что работа в системе «человек-человек» предъявляет к педагогу повышенные требования. Это гораздо сложнее, чем точить детали или торговать. Показателем важности нашей миссии является внимание государства и президента к развитию физической культуры и спорта, введение комплекса ГТО. Сегодня люди уже поняли, что здоровье – это самое главное. Специалист в области физической культуры не только сам ведёт грамотный образ жизни, воспитывает детей, но он может оказывать услуги другим, которые разбираются в этом гораздо хуже. Если раньше ребята к нам приходили просто повышать своё спортивное мастерство, то сегодня идёт большой поток желающих работать в сфере физической культуры. Просто люди, которые занимаются спортом, – это наиболее активная часть населения. Из них получаются очень хорошие специалисты, которые ставят перед собой задачи, добиваются их, умеют работать в коллективе».

    «Проработав 15 лет в приёмной комиссии университета, я вижу, как меняется отношение абитуриентов к процессу поступления в вуз, – говорит Алексей Мельников, ответственный секретарь приемной комиссии ОмГАУ им. П.А. Столыпина. – Лишь последние два года стали чаще приходить абитуриенты, которые действуют самостоятельно, а перед этим 10 лет я наблюдал совершенно другую картину. Вместе с абитуриентом приходили папа, мама, дедушка, бабушка, дядя, тётя, то есть огромнейшая «группа поддержки», которая выбрала этот вуз по своим субъективным причинам: либо потому что они здесь учились, либо кто-то здесь работает, кого они знают. Детей, которые сами выбирали вуз и специальность, было мало. Сейчас ситуация изменилась: много ребят идёт к нам осознанно. Наши классические специальности: агрономия, агроинженерия ещё недавно относились к категории низко конкурсных, но второй год и сюда идут дети, потому что они знают, куда потом пойдут работать. Много ребят приезжает из села, но с сельскими выпускниками у нас возникает другая проблема. У большого потока желающих поступить в наш вуз элементарно в аттестате нет достаточного количества экзаменов для поступления. Более 60% одиннадцатиклассников по-прежнему для сдачи ЕГЭ выбирают обществознание, ограничивая себя экономическими направлениями. А физику или биологию, которые нужны для поступления на инженерные или биологические специальности с большим числом бюджетных мест, ребята не сдают по разным причинам: или боятся, или в школе отсутствуют сильные физики и биологи, или просто их отговаривают сдавать ЕГЭ по этим предметам… Сегодня сдача ЕГЭ по математике разделена на базовую и профильную. Одна даёт право получить аттестат, но не поступать в вуз, а другая даёт право на поступление. Опять же мы ждем снижения количества абитуриентов, потому что в школе им этот нюанс наверняка не объяснят, чтобы снизить риск плохих оценок. А потом проблемы с поступлением выпускнику и его родителям придется решать самостоятельно». Фото: АиФ/ Дмитрий Мазур

    ЕГЭ не в помощь

    «Система образования формировалась десятилетиями, а разрушили её в один момент, – говорит Владимир Михалёв. – Содержание учебников порой сложно понять даже человеку с высшим образованием. И теперь мы шарахаемся из стороны в сторону – то убрать сочинение в ЕГЭ, то не убрать. В итоге мы получили абитуриента, который в заявлении делает массу ошибок, не может выражать свои мысли. Хотя это должен уметь каждый, в том числе студенты нашего вуза».

    «Ещё нас ждёт нововведение, связанное с ЕГЭ, – продолжает Алексей Мельников. – В образовательных стандартах начинает исчезать заочная форма обучения. Если раньше абитуриенты, которые закончили школу до 2009 года, могли сдавать вступительные экзамены в вузы, теперь у них такой возможности нет. Сейчас все абитуриенты для поступления должны сдавать ЕГЭ. Это абсолютный минус. Подготовка к ЕГЭ – это натаскивание на тесты, определённый материал, и человек, который окончил школу 10-15 лет назад, просто потеряется в этой схеме. То есть людей, которые хотели бы получить образование, фактически этой возможности лишают».

    «ЕГЭ, как и олимпиада, ставит всех в равные условия и даёт возможность молодому человеку мечтать и осуществлять мечты, – возражает Валерий Гагарин, директор автономной некоммерческой организации дополнительного образования «Перспектива». – Как говорит наш проректор: «Не надо готовить к ЕГЭ по математике, надо математике учить». Что касается советского образования, не может одна и та же система все время быть самой лучшей. Сейчас другое время, и приходится искать другой путь. Сегодня мы учим детей математике и физике с пяти лет. Правда то, что это математика и физика, знают только те, кто учит, дети же пока просто играют. Современные родители чётко понимают, что ребёнку надо дать возможность развиваться. Самое главное – научить человека правильно пользоваться мозгами. И это лучше всего сделать в раннем детстве, когда человеку всё интересно попробовать. А если у него есть возможность попробовать, он обязательно где-то себя найдёт. И в этом смысле дополнительное образование даёт большие возможности».

    Фото: АиФ/ Дмитрий Мазур

    Дипломов много, специалистов мало

    «Беда современного общества в том, что изменились базовые ценности, – считает Светлана Коблова, пресс-секретарь ОмГУ им. Достоевского. – Труд перестал быть ценностью. Сейчас культивируется обратное: как получить максимальный результат, затратив минимальные усилия. Мы как-то забываем, что образование и наука – это прекрасный социальный лифт. Ни один учёный не стал учёным по протекции. Когда человек получает образование и всерьёз увлекается направлением, которое выбрал, он достигает результата за счёт собственных усилий и интеллекта. У нас сейчас эти понятия утеряны, и так не только в высшем образовании. На самом деле наши вузы дают вполне качественное образование, и тот ребёнок, который хочет учиться, получит прекрасные знания, которые позволят сделать ему прекрасную карьеру в любой сфере. К сожалению, приходит много ребят, которые учатся ради диплома или вообще не понимают, зачем они пришли именно в этот вуз. Дипломов много – специалистов мало. Вот в чём проблема».

    «Общество, работодатели сегодня зачастую предъявляют завышенные требования к специалистам, – убеждён Владимир Михалёв. – Считается, что специалист, который закончил вуз, должен прийти на своё рабочее место и чётко знать свои обязанности. Это неправильно. Вчерашний выпускник вуза не может быть назначен тренером сборной страны. Так не бывает. Он должен пройти определённый путь, кадровый отбор, переподготовку. Государство должно этим заниматься, если хочет иметь специалистов высшего уровня. А сейчас эта работа пущена на самотёк».

    Фото: АиФ/ Дмитрий Мазур

    «Наш колледж готовит специалистов по 16 направлениям, а в этом году присоединились ещё железнодорожные специальности, – рассказала Вероника Апарина, начальник отдела маркетинга БПОУ ООО «Сибирский профессиональный колледж». – Мы охватываем почти все сферы жизни, настолько разноплановых специалистов выпускает колледж. К сожалению, из-за малого финансирования нам сложно развивать материально-техническую базу, а без этого не подготовишь высококлассного специалиста. Например, есть в Омске предприятия, которые в своей работе используют современное  оборудование, новейшие станки.  Поэтому необходимо развивать и совершенствовать материальную базу колледжа. Несмотря на все сложности, наше учебное заведение стремится все-таки поддерживать достойный уровень материально-технического оснащения мастерских». 

    Хочу в таможню!

    Настоящей бедой высших и средних учебных заведений, по мнению их представителей, является так называемая мода на профессии, которая мешает абитуриентам трезво оценить ситуацию и понять, будет ли у них работа после того, как они получат заветный диплом.

    «У нас самое популярное сегодня направление – правоохранительная деятельность, 4 человека на место при 50 бюджетных местах, – делится Вероника Апарина. – Мы предупреждаем абитуриентов, что хотя у них будет квалификация юриста, мы готовим, по сути, младший состав полицейских. Переубедить удаётся немногих. О том, что в будущем могут быть проблемы с трудоустройством, ребята не задумываются, хотя в их силах этих проблем избежать, и ходить при этом далеко за примерами не надо. В нашем же колледже есть специальность «Технология машиностроения». Поступайте, и можете быть стопроцентно уверены, что вы без работы не останетесь. Точно также сварщики – беспроигрышный вариант. Мы сотрудничаем с работодателями и знаем, какие специальности востребованы. Беда в том, что выпускники сразу хотят себе высокие зарплаты и не понимают, что всё и сразу не бывает».

    «В нашем университете, если судить по заявлениям, наиболее популярные направления – это логистика, таможенное дело, экономика, менеджмент, несмотря на то, что специализация у нас совершенно другая – железнодорожная, – продолжает тему Роман Симак, и.о. декана факультета довузовской подготовки и профессиональной ориентации ОмГУПС. – Поэтому вполне логично, что больше всего бюджетных мест на железнодорожных специальностях. Кроме того, на них приходится бОльшая доля целевого приёма, и это тоже оправданно. Кто захочет поехать после окончания вуза работать на маленькую станцию? Никто. А вот если ребёнок сам будет родом с этой станции, он поедет туда с удовольствием. Но ни шанс получить бюджетное место, ни возможность поступить по целевому направлению не прельщают абитуриентов. Большинство, несмотря ни на что, хочет в таможню, хотя в таможенниках большой потребности сегодня нет. Заведующий кафедрой таможенного дела на каждом совете говорит, что мы обучаем по 3-4 группы, а дальше начинаются проблемы с практикой и трудоустройством. Опять же, была бы в аттестатах физика, ребята прошли бы на бюджетное место и могли бы при этом ещё выбирать специальность. А они идут с обществознанием».

    Фото: АиФ/ Дмитрий Мазур

    Где взять физиков?

    «До тех пор, пока мы не придем к пониманию, что проблемы, связанные с  образованием выпускников, лежат в их подготовке с 4 по 9 класс, ситуация не изменится, – считает Константин Васин, начальник отдела комплексного развития и коммуникаций ОмГПУ. – Абитуриенты в основной своей массе не идут учиться ни на учителей физики, ни на учителей математики. Поэтому учителя физики и математики в омских школах – люди в возрасте. Те дети, которые видят себя в педагогике, заканчивают школу и идут по профилю  «Начальное и дошкольное образование», потому что с учениками начальных классов работать проще. У нас в педагогическом университете хорошая база для подготовки учителей, мы её систематически реформируем, идём в ногу с современными тенденциями модернизации педагогического образования, которое широко практикуются в мире. Но дети, к сожалению, в современных социальных экономических условиях, чаще выбирают профессию экономиста и юриста, а не педагога». Фото: АиФ/ Дмитрий Мазур

    «У меня хорошая новость, – порадовал собравшихся Валерий Гагарин. – В этом году проходил «Ломоносовский турнир», и налицо позитивная тенденция: количество его участников по физике и математике за последние два года возросло в два раза. Ещё в позапрошлом году их было очень мало. Так что, давайте все вместе будем поддерживать этот интерес, и, возможно, нам удастся переломить ситуацию и сделать физику не одной из самых страшных для школьников, а одной из самых интересных для ребят наук».

    Мир вступает в новую эру большого правительства

    «K EEP ВАШ смотрит только на одно: сколько правительство тратит», — однажды сказал Милтон Фридман. Сегодня у него вылезут глаза. Правительства потратили 17 трлн долларов на борьбу с пандемией, включая займы и гарантии, что в сумме составляет 16% от глобального ВВП . По текущим прогнозам, государственные расходы на ВВП в 2026 году будут больше, чем в 2006 году во всех крупных странах с развитой экономикой.Америка собирается вложить 1,8 трлн долларов в расширение своего государства всеобщего благосостояния; Европа раздает инвестиционный фонд на 750 миллиардов евро (850 миллиардов долларов); а Япония обещает «новый капитализм» с еще большей щедростью правительства.

    Послушайте эту историю

    Ваш браузер не поддерживает элемент

    Больше аудио и подкастов на iOS или Android.

    В ближайшие десятилетия экономическое влияние государства будет еще больше. Четыре пятых мировой экономики в настоящее время подчиняются цели с нулевым уровнем выбросов, цель, согласно которой в Великобритании прогнозируется повышение отношения государственного долга к ВВП на 21 процентный пункт к 2050 году, поскольку государство субсидирует декарбонизацию и рост замедляется.А во многих странах стареющее население потребует гораздо больших затрат на здравоохранение и пенсии.

    Классическим либералам, таким как эта газета, было бы легко впасть в отчаяние из-за безжалостного марша правительства. По мере роста штата во время пандемии его неудачи были очевидны. В начале кризиса органы общественного здравоохранения Америки препятствовали частным лабораториям разрабатывать собственные тесты на вирус; В этом году им потребовалось время до октября, чтобы утвердить экспресс-тесты, которые могли быть доступны до лета.В течение нескольких месяцев внедрение вакцины в Европе шло слишком медленно. Китай однажды отметил свой ответ на вирус как победу модели сильного государства. Теперь его стратегия zero-covid демонстрирует негибкость неконтролируемой централизованной власти. Один из скандалов, в которые погрязла британская политика, связан с тем, воспользовались ли ее лидеры кризисом для заключения выгодных контрактов со своими друзьями.

    Долгосрочная угроза большого государства заключается в том, что такая бюрократия, институциональные неудачи и коррупция становятся обычным делом и широко распространяются, делая людей беднее и ограничивая индивидуальную свободу.Но эти опасности смешаны с возможностью. Чтобы понять, как это происходит, подумайте, почему растет правительство.

    Как объясняется в нашем брифинге на этой неделе, штат почти всегда со временем расширяется относительно ВВП . Действуют три силы. Первый явно зловредный. Инерция и неуклюжесть миссии затрудняют восстановление правительства. Избиратели и лоббисты, которым выгодны правила или статьи расходов, имеют все основания усердно работать над их сохранением, в то время как у многих налогоплательщиков, которые платят за свиные бочки, есть дела поважнее, чем петиции политикам, чтобы избавиться от них.Руководящие бюрократы хотят защитить свою территорию и карьеру. Когда программа терпит неудачу, ее сторонники говорят, что она все равно могла бы добиться успеха, если бы только ей дали больше денег.

    Вторая сила — это факт жизни. Цены на услуги, предоставляемые государством всеобщего благосостояния, такие как здравоохранение и образование, растут быстрее, чем экономика, из-за их высокой трудоемкости и низких темпов роста производительности. Хотя неэффективность правительства может усугубить ситуацию, эта «болезнь затрат» поражает как частный, так и государственный секторы.Он идет с территорией.

    Третья сила заключается в том, что сегодня у правительств есть еще много дел. По мере того, как в 20 веке избиратели становились богаче, они требовали большего образования и более дорогостоящего медицинского обслуживания, основанного на последних достижениях науки. Сегодня, когда они стареют, они хотят продолжать тратить деньги на пожилых людей. И все чаще они хотят, чтобы правительства что-то сделали с изменением климата.

    Эти три силы отчетливо видны в истинном влиянии Маргарет Тэтчер и Рональда Рейгана, антиправительственных сторонников свободного рынка, которые наиболее ярко проявляются в общественном сознании.Часто говорят, что они заложили основу «неолиберальной эпохи». Фактически, они не оставили в наследство меньшего правительства. В 2019 году федеральное правительство Америки израсходовало более ВВП, чем за любой из десяти лет, предшествовавших президентству Рейгана. Спустя три десятилетия после ухода Тэтчер с поста — одно из тех десятилетий, определяемых жесткой экономией — консервативное правительство Великобритании вскоре возглавит самые высокие устойчивые расходы как долю экономики со времен до-Тэтчер.

    Долговременная победа Рейгана и Тэтчер — и других реформаторов в Швеции, Новой Зеландии и других странах — была над первой из сил большого правительства. Они поняли, что государство находится в худшем состоянии, когда оно раздувается искаженными стимулами инсайдеров к стремлению к еще большему контролю. Правительства справедливо продавали национализированные фирмы, урезали правила, упростили некоторые налоги и стимулировали конкуренцию. Возник консенсус относительно ограниченной роли правительства в либеральных обществах. Его сторонники приветствовали рынки в большей части экономики, но разрешили перераспределение и расходы на общественные услуги, чтобы сделать мир более справедливым.

    Сегодня этот консенсус находится под угрозой именно тогда, когда он больше всего нужен. Поскольку старение и изменение климата непреодолимо увеличивают размер правительства, жизненно важно осознавать, что государство может и чего не может делать хорошо, и избегать того, чтобы Левиафан использовал свою мощь на благо инсайдеров и друзей. Аргумент в пользу ограниченного правительства сегодня должен быть связан с характером государственного вмешательства, а не с необходимостью ограничения глобального потепления или обеспечения престарелых.

    Одна из задач — максимизировать роль рынков и индивидуального выбора.С изменением климата следует бороться с помощью платы за углерод, субсидии на исследования и разработки и тщательно контролируемых государственных инвестиций, а не путем нормирования рейсов, поощрения зеленых национальных чемпионов или привлечения центральных банков для искажения финансовых рынков. Государство всеобщего благосостояния должно сосредоточиться на перераспределении денежных средств и предоставлении нуждающимся выбирать, что с ними делать, а не на создании новой бюрократии, такой как предложенная президентом Джо Байденом федеральная система ухода за детьми. Налоги должны быть широкими и благоприятными для инвестиций.

    Большое состояние

    Государство также должно стремиться быть гибким и эффективным. Поддержка доходов домашних хозяйств должна быть по возможности автоматизирована по мере того, как финансовый сектор становится все более цифровым. Как показала война Эстонии с бумажной волокитой, можно отказаться от многих форм заполнения форм. Если бы было меньше высокооплачиваемых бюрократов, государственный сектор мог бы привлечь больше талантливых сотрудников. И политикам следует быть готовыми начинать все сначала при решении новых проблем, а не полагаться на слабые действующие ведомства.Наибольшие успехи правительств во время пандемии были достигнуты благодаря внутренним стартапам, таким как Operation Warp Speed, которые помогли Америке разработать вакцины.

    Государство должно стремиться к беспристрастности. Узкие интересы, будь то профсоюзы и помазанные группы жертв, пользующиеся благосклонностью левых, или приятели правых в бизнесе, всегда будут стремиться захватить его. Чтобы противостоять бюрократам, нужны не безжалостные циничные, корыстные атаки политиков на их честность, а прозрачность и поддержка духа государственной службы.Хотя рост общих расходов на старое оправдан, полномасштабная геронтократия — нет. Пенсионерам с глубокими карманами не нужны публичные подачки. Напротив, они должны нести более тяжелое бремя, поскольку налоги смещаются с заработной платы на собственность, наследование и потребление.

    Приз огромен. Разница между хорошим правительством и плохим будет измеряться не только в быстром переходе к чистому нулю и обеспечении устойчивой системы безопасности для старых, но и в более справедливых и гораздо более процветающих обществах.В 20-м веке классические либералы гарантировали, что рост правительства сопровождал прогресс человечества. То же самое могло произойти и в 21-м. ■

    Только для подписчиков: чтобы узнать, как мы разрабатываем обложку для каждой недели, подпишитесь на нашу еженедельную рассылку Cover Story.

    Эта статья появилась в разделе «Лидеры» печатного издания под заголовком «Триумф большого правительства»

    Избиратели Чили находятся на грани страшной ошибки

    F ИЛИ БОЛЬШЕ этого века Чили была стабильной и предсказуемой страной с устойчивым экономическим ростом и умеренной политикой.Посторонние видели в этом историю успеха и модель для Латинской Америки. Но эта стабильная Чили исчезла два года назад в результате взрыва массовых, а иногда и жестоких протестов. Недовольство росло, и политики, казалось, не могли справиться с замедлением роста и сужением возможностей, особенно для молодых людей. План по созыву съезда для написания новой конституции успокоил протесты и, казалось, предложил мирное решение проблем, от которых страдали многие страны в последние годы.Но Чили еще не восстановило равновесие, о чем, вероятно, покажут поляризованные президентские выборы 21 ноября.

    Послушайте эту историю

    Ваш браузер не поддерживает элемент

    Больше аудио и подкастов на iOS или Android.

    При голосовании по конституционному съезду в мае (в котором приняли участие только 43%) резко возросла поддержка жестких левых, в то время как мейнстримные партии иссякли. В результате конвенция превратилась в театр пробуждения, с призывами вести войну против ключевых отраслей, таких как горнодобывающая промышленность (на которую приходится более половины экспорта) и сельское хозяйство на экспорт (более 30%), наряду с более обоснованными требованиями к большему объему экспорта. роль государства в пенсионном обеспечении, здравоохранении и экологическом регулировании.Оптимисты говорят, что реалистичная модернизирующаяся конституция все еще может появиться; пессимисты опасаются утопического списка недоступных прав и антикапитализма.

    Точно так же Габриэль Борич, кандидат от крайне левых, казалось, готов к победе на президентских выборах. Бывший студенческий лидер, он демократ. Но некоторые из его союзников, в том числе Коммунистическая партия, таковыми не являются. Многие левые не смогли осудить преступное насилие со стороны жесткого ядра протестующих и выступили против широко популярного развертывания армии для подавления мятежа на низком уровне среди некоторых мапуче, коренной группы на юге.

    Г-н Борич хочет увеличить налоговые поступления на 8% от ВВП в течение шести-восьми лет (невозможно, говорят многие экономисты) и пересмотреть торговые соглашения, чтобы участвовать в промышленной политике. Похвальное намерение состоит в том, чтобы диверсифицировать экономику, но с помощью средств, которые, вероятно, принесут гораздо больше вреда, чем пользы. Г-н Борич вполне может оказаться более прагматичным, чем предполагает его программа. Но многие чилийцы встревожены этим и его союзниками.

    Вот почему резко выросла поддержка Хосе Антонио Каста.Он использовал страх перед беспорядком, насилием и неконтролируемой иммиграцией, предлагая mano dura (твердая рука). Его обещание значительного снижения налогов как раз тогда, когда чилийцы захотят более качественные услуги, столь же бредово, как и предполагаемый доход г-на Борича. В то время как г-н Борич обещает самое левое правительство со времен хаотичной социалистически-коммунистической администрации Сальвадора Альенде, г-н Каст предлагает самое правое правительство со времен диктатуры генерала Аугусто Пиночета, преступления которого он иногда отрицает. Ни один из них не предлагает сочетания стабильности, экономического роста и реформ, в которых нуждается страна.

    Кажущееся преимущество крайностей во многом обязано дискредитации политиков из двух основных коалиций — и их потере веры в себя. Некоторые приняли популистские меры, такие как разрешение работникам тратить 30% своих пенсионных сбережений, что гарантирует будущий пенсионный кризис. Ни один из них не предлагает радикалам убедительного контрарратива. Фактически, последние 30 лет были далеки от той катастрофы, которую они теперь изображают.

    Хвастовство Утопией

    Есть два умеренных кандидата, Ясна Провосте (левоцентристский) и Себастьян Сихель (правоцентристский).Любой из них, и особенно госпожа Провосте, вселяет надежду на то, что Чили сможет отступить от своей опасной поляризации и найти новый консенсус. Чилийцам было бы разумно проголосовать за них, не в последнюю очередь для того, чтобы побудить господ Борича и Каста переехать в центр, если они дойдут до неизбежного второго тура в следующем месяце. Чилийцам пора прийти в себя и увидеть достоинства умеренной репутации, которую они вот-вот отвергнут. ■

    Эта статья появилась в разделе «Лидеры» печатного издания под заголовком «От образца для подражания к поучительной истории»

    The Economist | Британский журнал

    The Economist , еженедельный журнал новостей и мнений, публикуемый в Лондоне и обычно считающийся одним из выдающихся мировых журналов такого рода.Он обеспечивает широкий охват общих новостей и, в частности, международных и политических событий и перспектив, влияющих на мировую экономику. Издание известно своим социально-либертарианским уклоном и утверждает, что свободные рынки обеспечивают лучший метод управления экономикой и государством. Все статьи, кроме специальных репортажей, публикуются без подписей (также нет шапки), тем самым представляя читателям единое лицо.

    The Economist был основан в 1843 году шотландцем Джеймсом Уилсоном при поддержке Лиги против хлебных законов как голос против хлебных законов Англии, правил, регулирующих импорт и экспорт зерна.Зять Уилсона Уолтер Бэджхот, который работал редактором журнала The Economist с 1861 по 1877 год, расширил охват публикации на политику и усилил ее внимание к делам США (имя Бэджхота продолжает украшать издание во имя столбец в конце раздела о Великобритании).

    В начале 20-го века, The Economist , видный в социальном и политическом плане редактор сэр Уолтер Лейтон (1922–1938) оказал влияние на создание авторитетного издания.К 1938 году половина продаж журнала Economist была за границей. Преемник Лэйтона, Джеффри Кроутер (1938–56), таким образом, продолжал расширять свою международную деятельность и охват бизнеса. Подробное освещение в журнале нападения на Перл-Харбор в 1941 году и последующее усиление внимания к Соединенным Штатам привело к постоянному увеличению американской читательской аудитории, которая резко возросла в 1970-х годах. В конце 20-го века издание продолжало расширять сферу охвата на другие области, включая искусство и рецензии на книги.

    В начале 21 века The Economist был полностью переработан, чтобы обеспечить расширенные функции, такие как расширенная навигационная информация, полноцветные редакционные макеты (2001 г.) и онлайн-аудиоверсия (2007 г.). В 2009 году международный тираж журнала The Economist составил более одного миллиона экземпляров, при этом американская читательская аудитория составила более половины от общего числа.

    Получите подписку Britannica Premium и получите доступ к эксклюзивному контенту. Подпишитесь сейчас

    The Economist также составляет годовой прогноз на предстоящий год, а также годовой карманный мир в цифрах . The Economist является частью The Economist Group, в которую входят Economist Intelligence Unit, занимающийся анализом отрасли, и EuroFinance, которая организует конференции по стратегиям казначейства; он также публикует анализ европейских новостей через European Voice и новости и политику США через Roll Call и CQ Weekly (ежеквартальное издание Конгресса).

    Исторический архив Economist, 1843-2020

    На протяжении более 170 лет журнал Economist писал о мировых политических, деловых, научных, технологических и культурных событиях и связях между ними, обращаясь к мировой элите своими экономический и политический анализ. The Economist Historical Archive предлагает бесценный взгляд на великие события девятнадцатого и двадцатого веков и является важным дополнением к The Times Digital Archive и Financial Times Historical Archive для обзора национальных и международных дел. Он предоставляет исследователям быстрый доступ к:

    • Передовые статьи, новости, комментарии и письма, дающие представление о британских, европейских, американских и мировых делах
    • Высоко оцененные страновые отчеты, отраслевые отчеты, приложения и опросы, позволяющие отслеживать региональные тенденции и прогнозы.
    • Специальные обзоры и приложения по странам и отраслям, предлагающие перспективы рынков и географических регионов
    • Известные разделы, такие как «Наука и технологии», в которых содержится подробный анализ тем, а также обзоры книг и некрологи, вызывающие интерес у людей.
    • Доска объявлений и медийная реклама, в которой рассказывается о крупных компаниях, возможностях трудоустройства, образовательных возможностях и многом другом с глобальной точки зрения
    • Благодаря возможностям полнотекстового поиска студенты и ученые могут проводить исследования всех великих событий девятнадцатого и двадцатого веков

    С дополнением 2016-2020 исследователи современных тем смогут найти контент по адресу:

    • Водопад Восточного Алеппо (2016)
    • Северная Корея ракетно-ядерные испытания (2016 г.)
    • Вирус Зика (2016)
    • Кризис беженцев рохинджа (2017)
    • Президентство Трампа (2016-2020)
    • Brexit
    • Движение #MeToo (2017/2018)
    • Скандал с Cambridge Analytica (2018)
    • Протесты в Гонконге (2019)
    • Пожары в тропических лесах Амазонки (2019)
    • Импичмент Дональда Трампа (2020)
    • Лесные пожары в Австралии (2020)
    • Пандемия COVID-19 (2020 г.)

    Принципы и методы журнала Economist , основанного в 1843 году, актуальны и сегодня.Он известен своим последовательным подходом к интернационализму и отстаиванием минимального государства в политических и государственных делах. В более чем 8000 выпусках с момента его первой публикации в 1843 году журнал The Economist еженедельно представил своевременные репортажи, краткие комментарии и всесторонний анализ мировых новостей. С объективным авторитетом, ясностью и остроумием журнал The Economist представляет мировые политические, деловые, научные, технологические и культурные события и связи между ними.Полноцветные изображения, несколько поисковых индексов и возможность просматривать каждый выпуск — все вместе представляет собой уникальный первоисточник, охватывающий девятнадцатый и двадцатый века.

    Имея глобальный тираж более 1,4 миллиона экземпляров, журнал Economist неизменно предоставляет очень интеллектуальный и исчерпывающий отчет о событиях недели и долгое время является ведущим журналом для деловых и политических лидеров, политиков, дипломатов, банкиров, журналистов и других лиц. влиятельные люди во всем мире.Его старые выпуски доступны через The Economist Historical Archive и служат ключевыми свидетелями экономической и политической истории последних 170 лет. Они предоставляют уникальный, непредвзятый анализ основных мировых событий; облегчить сравнение экономических тенденций на разных континентах и ​​веках; и предлагают идеальный исторический ресурс для новейших идей в легко усваиваемой форме.

    Благодаря эксклюзивному партнерству между Economist Intelligence Unit и Gale каждая страница из полного архива этой выдающейся глобальной еженедельной газеты доступна для использования учеными и исследователями в удобном цифровом формате.Многие приложения, специальные отчеты и опросы, которые регулярно появляются в Economist , будут особенно полезны студентам, работающим над проектами, учителям, стремящимся расширить свои списки для чтения, и исследователям, работающим над тенденциями и историей компаний и отраслей.

    Стоит ли платить за совершенство?

    Как мне относиться к оплате за высокое качество? Стоит ли покупать красивую рубашку, красивое здание или красивое произведение искусства, или я должен купить дешевую и отдать лишние деньги бедным?


    Мой ответ отражает то, почему люди ненавидят экономистов: это зависит от .Это также иллюстрирует, почему Гарри Трумэн попросил экономиста-одноручного экономиста: с одной стороны, наша интуиция подсказывает, что мы должны следить за тем, чтобы у других было достаточно еды, одежды и жилья. С другой стороны, с экономической или этической точки зрения все не так просто.

    Наша церковь проходит серию статей по Экклезиасту, и мы читаем в Экклезиасте 3: 1: «Всему свое время и время для всякого дела под небесами». Подобно тому, как есть время рождаться и время умирать, есть время покупать и время отдавать.Вот несколько причин, почему.

    Плата за качество может быть хорошим руководством

    В конечном итоге покупка нескольких хороших рубашек может означать меньше времени и денег, потраченных на замену быстро изнашивающихся рубашек. Еще один хороший пример — еда: больше платить за хорошую еду может означать меньшие медицинские счета, более долгую жизнь и больше возможностей творить добро. Если вы кардиохирург, которого в любой момент могут вызвать в операционную, «хорошее руководство» может означать наличие автомобиля, на который, как вы знаете, вы можете положиться, и который не оставит вас с болью в спине по дороге в больницу. больница.

    Подобно тому, как есть время рождаться и время умирать, есть время покупать и время отдавать.

    Качественные товары также можно передать другим, когда вы закончите с ними. Например, если вы покупаете качественный автомобиль, который ваша семья переросла, вы можете подарить его тому, кому нужен надежный автомобиль. То же самое и с одеждой, из которой вырастают ваши дети, с книгами, которые вы дочитали, или с мебелью, которая не подходит к вашему новому дому. Когда вы продаете или отдаете свои аккуратно использованные качественные вещи, другие могут продолжать их использовать.

    Плата за качество может быть плохим менеджментом

    Но разве вы платите за качество только для того, чтобы развить и потакать своему тщеславию? Вы сидите в первом классе, потому что вам нравится знать, что вы красивее и лучше всех остальных? Вы балуетесь, потому что думаете, что заслуживаете чего-то в качестве награды за напряженную или напряженную жизнь? Вы балуете себя во имя заботы о себе? Гордость — один из семи смертных грехов, и экономист Торстейн Веблен раскритиковал «демонстративное потребление» символов статуса.

    С другой стороны, (видите, почему люди ненавидят экономистов?), Есть такая вещь, как явное воздержание. Когда я печатаю это, на мне галстук из благотворительного магазина. Это здоровая и добродетельная бережливость? Нет, если я явно указываю на свой галстук из благотворительного магазина, чтобы у меня была причина для самодовольства.

    Помощь бедным — это сложно

    Хотите узнать что-то действительно удручающее? Трудно раздать деньги так, чтобы помочь людям, которые их получают.Экономист Йорам Барзель объяснил это в недооцененной статье 1970-х годов: даже если нет денежной цены, люди все равно «платят» за вещи поиском и ожиданием. Например, малообеспеченный родитель может получить бесплатные подгузники и детскую одежду в местной церкви, но ей все равно нужно разобраться, когда церковь открыта, как туда добраться и где хранить предметы в ее крошечной квартирке. она возвращается домой. У этих вещей не было денежной цены, но они все равно кое-чего ей стоили.

    Иными словами,

    «Бесплатные» вещи могут быть дорогими, если люди платят за них своим временем. Обратите внимание, что аргумент здесь не в том, что люди не заслуживают благотворительности , должны подтягиваться за шнурки или «просто пропьют». Дело в том, что наши попытки «помочь» могут и не помочь.

    Наши попытки «помочь» могут и не помочь.

    Иисус сказал: «Но когда вы даете нуждающимся, не позволяйте вашей левой руке знать, что делает ваша правая рука, чтобы вы давали втайне.И Отец твой, видящий втайне, вознаградит тебя »(Мф. 6: 3–4). Так что это хорошо не только для дающего, потому что это видит только Бог. Это также хорошо для потенциальных получателей, потому что не подрывает их стимулы.

    Конечно, разные настройки требуют разных действий. Покупка дорогого столового гарнитура — это способ обеспечить достойную работу тому, кто нуждается в работе. Он оказывает помощь, не прося никого тратить время на подачу заявки или участие в соревнованиях за ваши раздаточные материалы.С другой стороны, если вы встретите в парке кого-то, кого избили до бессознательного состояния, не время спрашивать, не подорвет ли его помощь его стимулы. Пришло время позвонить в службу 911, остаться с жертвой, может быть, отменить встречу, на которой вы должны присутствовать, и помочь, чем можете.

    Больше производства — ответ на бедность

    В нашей книге Оставь меня в покое, и я сделаю тебя богатым: как буржуазная сделка обогатила мир , Дейдра Макклоски и я объяснили, что мы в значительной степени искоренили бедность, приняв экономическую свободу и социальное достоинство предпринимателей и новаторов.Чистое количество людей, живущих в крайней нищете, сократилось более чем на миллиард человек с конца 1980-х — начала 1990-х годов, хотя население мира выросло примерно на два миллиарда человек.

    Это произошло не из-за перераспределения (через правительство или благотворительность), а потому, что общества приняли инновации. Акцент на неравенстве в странах с высоким уровнем доходов скрывает поистине замечательную историю: резкое сокращение крайней бедности и появление глобального среднего класса.

    Имея это в виду, покупка сумочки Chanel может быть эффективным способом помочь бедным. Покупая качественные товары, вы вносите вклад в экономику, которая создает стабильные рабочие места для людей, которые в них больше всего нуждаются.

    Возмутительная щедрость различается

    Я не думаю, что щедрость необязательна, но я не знаю, как она выглядит для всех. Вы знаете свое положение лучше меня, и для меня было бы глупостью и самонадеянностью думать, что я точно знаю, как вам следует использовать свой капитал.

    Мне вспоминается ответ Иисуса Петру после того, как он дал Петру некоторые наставления (Иоанна 21). Мне нравится, как KJV переводит вопрос Петра о другом ученике: «Господи, а что делать этому человеку?» Ответ Иисуса столь же прекрасен, как и глубок: «Если Я хочу, чтобы он оставался, пока Я приду, что тебе до того? Следуй за мной ».

    Вместо того, чтобы указывать на других учеников и спрашивать, , что им, , следует делать, мы должны следить за своими шагами. К счастью, Господь рядом с нами, и Он говорит с нами.Через молитву, чтение Слова и близкое общение мы можем начать видеть, какие шаги нужно предпринять.

    2022 год станет годом адаптации к новым реалиям, согласно журналу The Economist The World Ahead 2022

    Размышляя о выпуске журнала World Ahead в этом году, редактор Том Стэндэдж написал: «Если 2021 год станет годом, когда мир повернет вспять ситуацию с пандемией, то в 2022 году будет преобладать необходимость приспособиться к новым реалиям, как в сферах, которые изменились из-за пандемия и возобновление более глубоких тенденций.«

    Сейчас, на 36-м году своего существования, сериал The World Ahead был переименован из The World In , чтобы более точно описать серию как руководство к наступающему году. В этом году в выпуске есть специальный раздел о новых технологиях, которые могут оказать неожиданно внезапное влияние на общество, как это сделали вакцины против мРНК коронавируса в 2021 году.

    Хотя The World Ahead включает множество прогнозов, десять основных тем на 2022 год таковы:

    1. Демократия против автократии . Промежуточные выборы в Америке и съезд Коммунистической партии Китая будут ярко контрастировать с их соперничающими политическими системами. Что лучше обеспечивает стабильность, рост и инновации? Это соперничество будет проявляться во всем: от торговли до технического регулирования, от вакцинации до космических станций. Пока президент Джо Байден пытается сплотить свободный мир под флагом демократии, его дисфункциональная, разделенная страна — плохая реклама ее достоинств.
    2. Пандемия — эндемик . Появляются новые противовирусные таблетки, улучшенные препараты для лечения антител и новые вакцины. Для вакцинированных людей в развитом мире вирус больше не будет опасен для жизни. Но он по-прежнему будет представлять смертельную опасность для развивающихся стран. Если вакцинация не будет активизирована, covid-19 станет еще одним из множества эндемических заболеваний, от которых страдают бедные, но не богатые.
    3. Инфляция беспокоит . Сбои в цепочке поставок и всплеск спроса на энергию привели к росту цен.Центробанки говорят, что это временно, но не все им верят. Британия подвергается особому риску стагфляции из-за нехватки рабочей силы после Брексита и ее зависимости от дорогого природного газа.
    4. Будущее работы . Существует широкий консенсус в отношении того, что будущее за «гибридом», и что все больше людей будут проводить больше дней, работая из дома. Но есть много места для разногласий по поводу деталей. Сколько дней и какие? И будет ли это справедливо? Опросы показывают, что женщины менее заинтересованы возвращаться в офис, поэтому они рискуют быть обойденными для повышения по службе.Также ведутся споры по поводу налоговых правил и мониторинга удаленных сотрудников.
    5. Новый techlash . Регулирующие органы в Америке и Европе годами пытались обуздать технологических гигантов, но пока не смогли повлиять на их рост или прибыль. Теперь Китай взял на себя инициативу, жестоко подавляя свои технологические компании. Президент Си Цзиньпин хочет, чтобы они сосредоточились на «глубоких технологиях», обеспечивающих геостратегическое преимущество, а не на таких легкомыслиях, как игры и покупки. Но будет ли это стимулировать китайские инновации или подавить динамизм отрасли?
    6. Крипто растет . Как и все прорывные технологии, криптовалюты становятся отечественными, поскольку регуляторы ужесточают правила. Центральные банки также стремятся запустить свои собственные централизованные цифровые валюты. Результатом является трехсторонняя борьба за будущее финансов — между толпой криптоблокчейнов и DeFi, более традиционными технологическими фирмами и центральными банками — которая усилится в 2022 году.
    7. Климатический кризис . Несмотря на то, что лесные пожары, волны тепла и наводнения становятся все более частыми, среди политиков преобладает поразительное отсутствие безотлагательности, когда дело доходит до решения проблемы изменения климата.Более того, декарбонизация требует сотрудничества между Западом и Китаем по мере того, как их геополитическое соперничество усиливается. Следите за экспериментом по солнечной инженерии, который должен быть проведен исследователями из Гарварда в 2022 году, по освобождению пыли с высотного шара до тусклого солнечного света — метод, который при таких темпах может потребоваться, чтобы выиграть у мира больше времени для декарбонизируйте.
    8. Дорожная проблема . Активность увеличивается по мере возобновления экономики. Но страны, которые преследовали стратегию «подавления» коронавируса, такие как Австралия и Новая Зеландия, сталкиваются с сложной задачей управления переходом к миру, в котором вирус является эндемичным.Между тем, почти половина деловых поездок пропала навсегда. Это хорошо для планеты, но плохо для туристов, чьи поездки субсидируются бизнес-путешественниками с высокими расходами.
    9. Космические гонки . 2022 год станет первым годом, в котором в качестве платных пассажиров в космос отправится больше людей, чем государственных служащих, которых перевозят конкурирующие фирмы, занимающиеся космическим туризмом. Китай достроит новую космическую станцию. Кинематографисты стремятся снимать фильмы в невесомости. И НАСА врежет космический зонд в астероид в реальной миссии, которая звучит как голливудский фильм.
    10. Политические мячи . Зимние Олимпийские игры в Пекине и чемпионат мира по футболу в Катаре будут напоминанием о том, как спорт может объединить мир, но также и о том, как крупные спортивные события часто заканчиваются политическим футболом. Ожидайте протестов, направленных против обеих принимающих стран, хотя бойкоты национальных команд маловероятны.

    The Economist Журналисты присоединились к The World Ahead 2022 лидерам бизнеса, политики, науки и искусства, которые добавляют свои идеи на предстоящий год: Марвин Рис , мэр Бристоля; Фрэнсис Фукуяма , старший научный сотрудник Стэнфордского университета; Рамачандра Гуха , историк; Ма июн , директор Института общественных и экологических проблем, Пекин; Сирил Рамафоса , президент ЮАР; Клаудиа Шейнбаум , мэр Мехико; Одри Тан , министр цифровых технологий, Тайвань; Тарек Амин , технический директор, Ракутен; Ли Цзинь , основатель Atelier Ventures; Крис Диксон , генеральный партнер, a16z; Угур Сахин и Озлем Туречи , соучредители, BioNTech; Мохамед аль-Мубарак , министр культуры и туризма, Абу-Даби; и Ай Вэйвэй , художник.

    О The Economist
    С растущей глобальной аудиторией и репутацией автора проницательного анализа и взглядов на все аспекты мировых событий, The Economist является одним из наиболее широко известных и читаемых изданий, посвященных текущим событиям в мире. мир. Помимо еженедельных печатных и цифровых изданий и веб-сайта, The Economist издает Espresso, ежедневное новостное приложение, и Global Business Review, двуязычный англо-китайский продукт.Он выпускает The Intelligence, ежедневный подкаст о текущих событиях, несколько других еженедельных подкастов, а также короткие и длинные видео. The Economist поддерживает устойчивые социальные сообщества в Facebook, Twitter, LinkedIn и других социальных сетях.

    ИСТОЧНИК The Economist

    Ссылки по теме

    www.economist.com

    «Экономика колониального раздражения» о журнале The Economist; Washington Post, 1991

    Экономика колониального раздражения: Псевдономика и насмешка на лице The Economist .

    Джеймс Фэллоус; Раздел «Перспективы» Washington Post; 6 октября 1991 года.

    Прошлым летом правительственный деятель, который участвует в разработке международной экономической политики, сказал мне (задумчиво), что он читает «довольно интересную новую книгу» о потрясающем экономическом подъеме Восточной Азии. «Интересно то, что это показывает, что рыночные силы действительно были объяснением!» воскликнул он в восторге. «Промышленная политика и вмешательство правительства не имели большого значения».

    Случайно я только что прочитал ту самую книгу Роберта Уэйда «Управление рынком».Это подробное исследование, цитирующее массу доказательств, на самом деле привело к почти противоположному выводу: правительства стран Восточной Азии много повозились, что принесло промышленности прямую выгоду, намного превосходящую все, что могли бы сделать «рыночные силы».

    Я знал кое-что об этой книге: журнал Economist только что рассмотрел ее и неверно охарактеризовал ее сообщение почти так же, как правительственный чиновник.

    Он действительно читал книгу? Может быть, но почему-то у меня есть сомнения.

    То, что я увидел в тот день, я подозреваю, было просто еще одной иллюстрацией силы нынешнего Вашингтонского журнала Sacred Cow: The Economist, который каждую неделю нездоровым образом излагает умные английские взгляды на наших берегах.

    Как и другие священные коровы, «Экономист» явно имеет свои достоинства. По сравнению с любым из американских журналов, The Economist обходится скелетным штатом, состоящим в основном из молодых писателей, которые каждую неделю выпускают огромное количество экземпляров. В новостях есть много информативных лакомых кусочков, а «лидеры» или передовые статьи в передней части журнала часто поднимают весьма необычные темы. Мой недавний фаворит — это объяснение того, почему рост английского языка как международного языка — это краткосрочное удобство, но долгосрочное бедствие для американцев и англичан.Корейцы, русские, японцы и даже голландцы могут слушать, что мы говорим. У нас нет частного языка, на котором можно строить планы, как у них.

    Священную корову означает то, что люди почитают ее по модным причинам и несоразмерно ее действительным сильным и слабым сторонам. The Economist, чей американский тираж вырос с 40 000 до 183 000 за последние 10 лет, похоже, достиг этой точки среди профессионального класса Америки.

    Например: Несколько недель назад в The New York Times Magazine был опубликован профиль Билла Гейтса, «мальчика-миллиардера», основателя Microsoft.Вот человек, у которого есть много веских причин для тщеславия, но главное тщеславие, которое он, казалось, выдвигал в статье, было его ассоциацией с The Economist. (Гейтс сказал, что у него дома не было телевизора, потому что, если бы он был у него, у него никогда бы не было времени прочитать «Экономист» от корки до корки, «как я сейчас».)

    Как часть вражды с Роберт Самуэльсон из Newsweek, Роберт Райх из Гарварда, написал письмо редактору, в котором говорилось: «Я, например, не получаю своих экономических новостей из Newsweek. Я полагаюсь на The Economist, издаваемый в Лондоне.Хамфри Греддон написал об этом эпизоде ​​в «Шпионаже»: «Если так, то Райх похож на многих скромных студентов, банкиров и журналистов, пишущих о деловых кругах в этой стране. Всеведущий тон и педантизм The Economist должны произвести впечатление на неуверенных американских кузенов в его читательской аудитории ». [Обновление за 2006 год: я был тогда в разгаре своей собственной маленькой ссоры с Райхом, давно забытой с обеих сторон — я думаю!]

    Функционально The Economist больше похож на Wall Street Journal, чем на любое другое американское издание.В каждом из них идет своего рода война между новостными статьями и редакционными страницами. Новостные статьи не являются чрезмерно предвзятыми и пытаются передать сложную реальность новостей. Между тем редакционные статьи и «лидеры» проводят последовательную линию, часто противоречащую фактам, сообщаемым на новостных страницах того же номера.

    Для журнала The Economist напряжение наиболее очевидно в освещении Японии. Согласно редакционной линии, Япония становится все более и более рыночной, ее положительное сальдо торгового баланса неизбежно исчезнет, ​​ее экономические мандарины теряют силу с каждой минутой, а ее люди собираются восстать против обременительной жизни «наемных работников».Между тем в новостях указывается, что дела идут не совсем по редакционному плану. [Обновление: финансовые рынки и недвижимость Японии уже тогда столкнулись с проблемами. Но его экспорт и положительное сальдо торгового баланса продолжали расти, а его мандарины и наемные работники по существу сохранили свои роли.]

    Приведу один пример из нескольких сотен возможных: в прошлом году корреспондент The Economist в Токио подробно изложил план правительства Японии сохранить иностранные компании — от продажи передовых «аморфных металлов» японским покупателям до тех пор, пока японские фирмы не научатся производить продукцию самостоятельно.Несколькими страницами позже в том же выпуске рецензия на книгу с большой уверенностью, но без заметных доказательств, объявила, что «потрясающий рост Азии был основан на эффективных инвестициях и инновациях, которые, в свою очередь, во всем обязаны открытости для торговли».

    Совсем недавно в журнале Economist указывалось, что положительное сальдо торгового баланса Японии растет почти со всеми ее партнерами. Его вывод заключался не в том, что журнал должен пересматривать свои теории, а в том, что читатели должны подготовиться к «нытью» (перевод с британского «нытье») со стороны недалеких протекционистов во всем остальном мире.

    Редакционная линия, продвигаемая The Economist, также функционально схожа с редакционной линией журнала. Рынки почти всегда работают, а вмешательство государства почти всегда терпит неудачу. Если какой-то факт кажется не вписывающимся в эту схему — например, успех азиатских правительств во вмешательстве в их экономику — этот факт следует игнорировать. [Обновленный пример: Китай.] Политические лидеры должны прежде всего быть твердыми, как Божественная г-жа Т. Писатели и мыслители должны, прежде всего, быть «умными», что является высшей оценкой журнала The Economist.(Аналог «Журнала» «реалистичен».) Тех, кто не согласен, следует высмеивать — как неженок в Журнале и тусклых лампочках в журнале «Экономист». На мир нужно смотреть сверху с жалостливым весельем. Почему они не могут быть такими же умными, как мы?

    Настоящий вопрос относительно этого редакционного подхода заключается в том, почему он лучше окупается для The Economist, чем для Journal. Почему невозможно представить себе профессора, хвастающегося в печати: «Я полагаюсь на Wall Street Journal — издается в Нью-Йорке»? Почему люди, по всей видимости, покупают журнал (или The Washington Post, или New York Times) только в том случае, если они действительно хотят его прочитать, а не просто носить его с собой, как, похоже, делает подозрительно большое количество «читателей» Economist?

    Корни объяснения уходят в 1776 год и неполное отделение Америки от родины.Англия — прекрасная маленькая страна, имеющая в своем активе множество достижений. Если вы любите посещать спектакли, хотите читать комиксы, надеетесь избавить свою кожу от разрушительного воздействия солнца, тогда Англия — место для вас. Страны, когда-то входившие в его империю, включая Америку, живут намного лучше, чем те, которые были под властью Испании или Франции. Но у Англии есть две совершенно отвратительные черты, которые в экспортированном виде вызывают почтение к The Economist.

    Первая — это, конечно же, система классов по английскому языку.Да, у Америки есть своя запутанная классовая проблема, которая усугубляется по мере того, как государственные школы и военные теряют свою демократизирующую функцию. Но американцев все еще могут смущать очевидные напоминания о классовых различиях. За исключением, пожалуй, Беверли-Хиллз и Манхэттена, когда мастер по ремонту холодильников приходит к врачу, доктор должен относиться к нему так, как будто они равны, а не как «мой хороший человек».

    Возможно, это не вина Англии или журнала The Economist, что те американцы, которые хотели бы иметь здесь аналогичную классовую систему, — с собой на вершине! — принять английскую манеру.(Как указал Генри Аллен из The Post, правильным ответом на это явление является не англофобия, а англофилофобия.) Но The Economist определенно, хотя и полусознательно, торгуется на «опубликованном в Лондоне» призыве снобов. «Американцы думают, что The Economist лучше пишут, — говорит Ричард Стенгель из журнала Time, — потому что они приписывают то, что они читают, с английским акцентом».

    Есть определенные английские продукты, причудливость которых используется в основном для экспорта — они эквивалент туристических ловушек в стиле Ye Olde Tea Shoppe, которых местные жители избегают.Нечто подобное происходит с The Economist. У журнала Economist сейчас значительно меньше читателей — и, как ни странно, он менее влиятельный — в Англии, чем в Америке. Более того, к нему с презрением относятся те самые англичане, которым многие американские читатели больше всего хотели бы подражать: безопасные высшие и высшие средние классы.

    В Америке журнал представляет собой своего рода голос суперуверенной английской аристократии, в то время как его реклама в Англии играет на беспокойстве о статусе своих читателей.Например, на одном рекламном щите, выставленном в Англии, жирным шрифтом написано: «Я никогда не читал The Economist». Изюминкой является идентификация незадачливого духовника этого заблуждения, «стажёра по менеджменту — 44 года».

    Еще одним ключом к буму журнала в Америке в 1980-е годы должно быть подхалимство по отношению к Рональду Рейгану в частности и американской культуре в целом. Мы все так привыкли к насмешкам со стороны французов или шведов. Слышать, как кто-то изображает из себя британского аристократа, празднующего американскую мощь, — это просто неотразимо! Если бы это было из Wall Street Journal или USA Today, мы бы сочли это обычным бустеризмом, но он работает в The Economist, поскольку мы думаем, что подслушиваем реальные взгляды иностранцев.Я думаю, что лесть — это на самом деле наиболее изощренная и злобная версия старой британской снисходительности по отношению к колониям. Эти янки! Они поверят во что угодно! Давайте дадим им еще одну дозу того, как мир смотрит на них!

    Другая уродливая черта английского языка, способствующая успеху журнала The Economist в Америке, — это аргументированный стиль Оксфордского союза. По сути, это позиция настолько уверенная в своей правоте и превосходстве, что было бы стыдно обременять ее простым фактом.

    Соревнования по американским дебатам включают в себя упорное, круглогодичное сосредоточение на одной непонятной проблеме, например, на контроле над вооружениями.Сильная сторона дебатов в оксфордском стиле — быть уверенными и убедительными по поводу темы, затронутой несколькими минутами ранее, например «Решено: женщины не представительницы слабого пола». (Радиопередачи BBC «Мое слово» и «Моя музыка», которые транслируются по Национальному общественному радио, дают образец желаемой импровизированной бойкости.)

    Лидеры экономистов и обложки, на которых звучат их сообщения, предлагают американцам взрыв этого стиля. Майкл Кинсли, который когда-то работал в The Economist, писал, что стандартный руководитель журнала Economist дает ощущение, будто писатель начинал, зная, что нужно сделать три шага, а затем попытался придумать, какими должны быть шаги.

    В наши дни лидерам The Economist показалась бы некоторая скромность уместной, учитывая, что после 10 лет, в течение которых правительство Тэтчер, по сути, делало то, о чем говорилось в журнале, Британия имеет самую слабую экономику в Европе. (Напомните мне, еще раз, почему мы обращаемся к британцам за советом по экономическим вопросам.) Но подразумеваемое послание лидеров часто кажется таким: «Я получил первый курс в Оксфорде. Я прав».

    Прикрытие анонимности для авторов журнала является важной частью его всеведущей позиции, среди прочего, потому, что оно скрывает крайнюю молодость большинства сотрудников.«Журнал пишут молодые люди, которые притворяются стариками, — говорит Майкл Льюис, автор книги« Покер лжецов », который сейчас живет в Англии. «Если бы американские читатели увидели прыщавую кожу своих экономических гуру, они бы массово отменили подписку».

    Это возвращает нас к книге Роберта Уэйда. Ключевой абзац обзора журнала The Economist — тот, который убедил моего друга-чиновника и, предположительно, десятки тысяч других читателей, что годы исследований Уэйда подтвердили существовавшее ранее мировоззрение журнала, — был следующим:

    «[Азиатский] драконы отличались от других развивающихся стран тем, что избегали искажений обменных курсов и других ключевых цен, а также своим стилем вмешательства.Вмешательство — это часть истории, но, возможно, меньшая часть. В таком случае рецепты г-на Уэйда кажутся чрезмерно тяжелыми для вмешательства и чрезмерно легкими в установлении правильных цен ».

    Эти несколько строк — чудо оксбриджской бойкости, и они заслуживают изучения гранильщиками. Обратите внимание на самое важное слово« возможно ». «Без малейшего намека на доказательства, он служит для опровержения всего, что Уэйд усердно аргументировал в своей книге. Он расчищает путь для:« Это так. . . «Что такое? Что кто-то, кто сделал первый, может отмахнуться от аргумента книги« возможно »? .Но американцы умеют рассматривать его взгляды в перспективе. Сложности англофильного снобизма и чванства в стиле Оксбриджа мешают большинству американских читателей понять, что, читая лидеров журнала Economist, они, по сути, читают передовые статьи Wall Street Journal, написанные с еще меньшей неуверенностью в себе.

    Несколько месяцев назад, когда я был в Австралии, я прогуливался по живописным ботаническим садам в Мельбурне с австралийцем по рождению и британским эмигрантом. Я был поражен пышностью и сказал, что восхищаюсь ею.Австралиец почтительно сказал британцу: «Что ж, полагаю, это не совсем сравнимо с Кью». «Ах, Кью!» — сказал англичанин и больше ничего не сказал, как будто был слишком вежлив, чтобы подробно описать все преимущества лондонских садов Кью. Через несколько секунд австралиец хлопнул себя по лбу. «Колониальный передергивание!» он сказал.

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *